о наспроектысобытияпремиикниги о насконтактыrus/eng
События
Алексей Шубкин – главный архитектор проекта реконструкции Большой спортивной арены «Лужники». Впрочем, в SPEECH его называют просто – «ГАП по спорту»: во всех объектах спортивной типологии, над которыми работало и работает наше бюро, Шубкин так или иначе участвовал.

- Алексей, как вы начали заниматься архитектурой? Помните, как сделали выбор в пользу именно этой профессии?

Алексей Шубкин:
Мне кажется, ключевую роль в этом процессе сыграл семейный фактор. У меня все архитекторы: родители, брат, теща, жена. Нет, в Новосибирскую государственную архитектурно-художественную академию я, конечно, поступил задолго до женитьбы, просто я хочу сказать: архитекторы окружали и окружают меня постоянно, я всегда видел изнутри именно эту профессию и, видимо, в какой-то момент понял, что именно такая жизнь – единственно возможная. Хотя справедливости ради, я не мечтал именно об архитектуре с детства: наоборот, я отлично учился в физмат школе и долгое время планировал поступать на физфак. И по-настоящему увлечься архитектурой у меня получилось лишь на втором курсе академии, когда у меня появился замечательный учитель Игорь Викторович Поповский, сумевший вдохновить, привить вкус к профессии.

Как бы вы сформулировали, в чем заключается суть профессии архитектора?

Алексей Шубкин:
В ее созидательном ключе. Архитектор – это тот, кто создает, а не разрушает. Причем создает не просто какие-то штучки, а среду жизнедеятельности, пространство, которое определяет качество жизни большого количества людей.


Вы начали работать во время учебы или после?

Алексей Шубкин:
Во время, конечно! Я начал работать со второго курса и сначала занимался преимущественно частной практикой – интерьеры, домики, всевозможные концепции. Много работал и со своими преподавателями, в их мастерских. После учебы я еще какое-то время жил в Новосибирске, работая сначала в местных бюро, а потом стал удаленно сотрудничать с московскими компаниями. И в какой-то момент понял: все, пора переезжать. Здесь сыграли свою роль и экономические соображения, конечно, но, главное, очень хотелось работать в большем масштабе и учиться реализовывать по-настоящему качественные постройки. Получить такой опыт можно было только в Москве – за прошедшие с тех пор десять лет, кстати, моя уверенность в этом ничуть не изменилась.

- И вы сразу пришли в SPEECH?

Алексей Шубкин:
Нет, в SPEECH я пришел в 2010-м. Первые четыре года в Москве проработал в архитектурном бюро на Рублевке. Компания располагалась непосредственно на Рублево-Успенском шоссе, и ее портфолио составляли исключительно элитные объекты недвижимости. У меня, знаете, даже не поворачивается язык назвать их коттеджами – зачастую по габаритам они тянули, скорее, на среднеэтажное строительство. После Новосибирска, кстати, эта разновидность жилья была для меня совершенно новой типологией, и заниматься ею какое-то время было очень интересно. Представления о том, что такое «богато», могут быть очень разными, но, в основном, они сводятся к двум направлениям – либо это а-ля классическая архитектура, либо подчеркнутый минимализм, с акцентом на очень дорогие материалы и высочайшее качество отделки. И вот этим качеством заниматься было очень интересно. Так что когда захотелось большего масштаба, я не сомневался в том, куда мне дальше идти работать, – SPEECH всегда импонировали мне своим подходом к тщательнейшей проработке всех деталей.

Как получилось, что в SPEECH ты стал заниматься преимущественно спортивными объектами?

Алексей Шубкин:
В SPEECH я пришел в бригаду Николая Гордюшина, который сразу погрузил меня в работу над проектом Дворца водных видов спорта в Казани. Потом пошли олимпийские объекты: я участвовал в разработке проекта Медиацентра в Сочи, комплекса гостиниц для представителей СМИ. Потом началась работа над проектом стадиона в Краснодаре (совместно с немецким бюро gmp international), и здесь уже я погрузился в тему очень глубоко. Параллельно были концепции различных жилых и общественных зданий, но они появлялись и исчезали, или на следующей стадии проекта переходили к другим бригадами, а спортивные объекты все строились и строились, невольно заставляя все глубже вникать в нюансы создания комплексов, предназначенных для столь массовых мероприятий. Наверно, мне удалось наработать какой-то опыт – когда наше бюро подключилось к работе над проектом реконструкции Большой спортивной арены «Лужники», руководство доверило вести его именно мне.

А вы сами поклонник футбола, спорта?

Алексей Шубкин:
Да, я люблю смотреть матчи. Свой первый чемпионат мира по футболу я посмотрел в 1998-м году: кто бы сказал мне тогда, что через двадцать лет и я буду причастен к подготовке ЧМ! Впрочем, скажу честно: когда работаешь над проектом стадиона как архитектор, о футболе думаешь мало. Главный вопрос – это безопасность тех, кто будет туда приходить. Безопасность и комфорт. Сопутствующие функции должны органично дополнять главную и не создавать препятствий в случае возникновения чрезвычайных ситуаций. Я бы сравнил устройство стадиона с очень сложным ребусом, ведь еще есть инженерия, километры коммуникаций, которые нужно разместить так, чтобы они никому и ничему не мешали.

Наверно, существенным ограничивающим фактором было и то, что требовалось бережно сохранить историческое здание?

Алексей Шубкин:
Да, конечно, работать с историческим объемом сложнее, чем проектировать с нуля. Но мы воспринимали стадион «Лужники» как незыблемую данность, и это в каком-то смысле даже помогало: рамки были строго очерчены с самого начала. И потом, это сооружение – действительно легенда, взаимодействие с которой – само по себе вдохновляющий фактор. Я, честно говоря, с большим трепетом отношусь к историческим деталям и объектам, исповедуя принцип, что если есть возможность сохранить то, что было создано до тебя, нужно обязательно это сделать. Хотя, повторюсь, в случае с «Лужниками» это задача такой сложности, что забирает практически все мое время.

На хобби-то хоть сколько времени остается?

Алексей Шубкин:
Честно говоря, архитектура – это такая сфера деятельности, которая является и работой, и хобби, и всем остальным. Идешь гулять – смотришь на архитектуру, едешь куда-то – тоже первым делом анализируешь, как что построено. Но, конечно, и помимо проектирования есть увлечения: путешествия, спорт, и, к счастью, иногда выкроить время на них удается.

Ваши дети тоже собираются стать архитекторами?

Алексей Шубкин:
Пока говорить об этом рано, но в принципе задатки у них есть. Особенно у младшей дочери, она просто потрясающе рисует. В принципе, я считаю, что архитектурное образование никому не повредит.

То есть на самом деле вы бы хотели, чтобы дети стали архитекторами?

Алексей Шубкин:
Я бы хотел, чтобы они занимались тем, чем они реально загорятся. Но если это будет архитектура, я ничуть не удивлюсь.


Команда SPEECH: Алексей Шубкин Команда SPEECH: Алексей Шубкин Команда SPEECH: Алексей Шубкин
Команда SPEECH: Алексей Шубкин
Команда SPEECH: Алексей Шубкин
5 сентября 2016 г.

фото Василия Буланова







© SPeeCH